Когда солнце растопило черный зернистый снег и из грязной воды выплыли скопившиеся за зиму отбросы человеческого жилья – ветошь, кости, битое стекло,- и в воздухе поднялась кутерьма запахов, в которой самым сильным был сырой и сладкий запах весенней земли, во двор вышел Геня Пираплетчиков. Его фамилия писалась так нелепо, что с тех пор, как он научился читать, он ощущал ее как унижение.

Помимо этого, у него от рождения было неладно с ногами, и он ходил странной, прыгающей походкой.

Помимо этого, у него был всегда заложен нос, и он дышал ртом. Губы сохли, и их приходилось часто облизывать.

Помимо этого, у него не было отца. Отцов не было у половины ребят. Но в отличие от других Геня не мог сказать, что его отец погиб на войне: у него отца не было вообще. Все это, вместе взятое, делало Геню очень несчастным человеком.

Итак, он вышел во двор, едва оправившись после весенне-зимних болезней, в шерстяной лыжной шапочке с поддетым под нее платком и в длинном зеленом шарфе, обмотанном вокруг шеи.

На солнце было неправдоподобно тепло, маленькие девочки спустили чулки и закрутили их на лодыжках тугими колбасками. Старуха из седьмой квартиры с помощью внучки вытащила под окно стул и села на солнце, запрокинув лицо.

И воздух, и земля – все было разбухшим и переполненным, а особенно голые деревья, готовые с минуты на минуту взорваться мелкой счастливой листвой.

Геня стоял посреди двора и ошеломленно вслушивался в поднебесный гул, а толстая кошка, осторожно трогая лапами мокрую землю, наискосок переходила двор.

Первый ком земли упал как раз посередине, между кошкой и мальчиком. Кошка, изогнувшись, прыгнула назад. Геня вздрогнул – брызги грязи тяжело шлепнулись на лицо. Второй комок попал в спину, а третьего он не стал дожидаться, пустился вприпрыжку к своей двери. Вдогонку, как звонкое копье, летел самодельный стишок:

– Генька хромой, сопли рекой!

Он оглянулся: кидался Колька Клюквин, кричали девчонки, а позади них стоял тот, ради которого они старались,- враг всех, кто не был у него на побегушках, ловкий и бесстрашный Женька Айтыр.

Геня кинулся к своей двери – с лестницы уже спускалась его бабушка, крохотная бабуська в бурой шляпке с вечнозелеными и вечноголубыми цветами над ухом. Они собирались на прогулку на Миусский скверик. Мертвая потертая лиса, сверкая янтарными глазами, плоско лежала у нее на плече.

Вечером, когда Геня похрапывал во сне за зеленой ширмой, мать и бабушка долго сидели за столом.

– Почему? Почему они его всегда обижают?- горьким шепотом спросила, наконец, бабушка.

– Я думаю, надо пригласить их в гости, к Гене на день рождения, ответила мать.

– Ты с ума сошла,- испугалась бабушка,- это же не дети, это бандиты.

– Я не вижу другого выхода,- хмуро отозвалась мать.- Надо испечь пирог, сделать угощение и вообще устроить детский праздник.

– Это бандиты и воры. Они же весь дом вынесут,- сопротивлялась бабушка.

– У тебя есть что красть?- холодно спросила мать.

– Твои старые ботики никому не нужны.

– При чем тут ботики. – тоскливо вздохнула бабушка.- Мальчика жалко.

Прошло две недели. Наступила спокойная и нежная весна. Высохла грязь. Остро отточенная трава покрыла засоренный двор, и все население, сколько ни старалось, никак не могло его замусорить, двор оставался чистым и зеленым.

Ребята с утра до вечера играли в лапту. Заборы покрылись меловыми и угольными стрелами – это “разбойники”, убегая от “казаков”, оставляли свои знаки.

Геня уже третью неделю ходил в школу. Мать с бабушкой переглядывались. Бабушка, которая была суеверна, сплевывала через плечо – боялась сглазить: обычно перерывы между болезнями длились не больше недели.

Бабушка провожала внука в школу, а к концу занятий ждала его в школьном вестибюле, наматывала на него зеленый шарф и за руку вела домой.

Накануне дня рождения мать сказала Гене, что устроит ему настоящий праздник.

– Позови из класса кого хочешь и из двора,- предложила она.

– Я никого не хочу. Не надо, мама,- попросил Геня.

– Надо,- коротко ответила мать, и по тому, как дрогнули ее брови, он понял, что ему не отвертеться.

Вечером мать вышла во двор и сама пригласила ребят на завтра. Пригласила всех подряд, без разбора, но отдельно обратилась к Айтыру:

– И ты, Женя, приходи.

Он посмотрел на нее такими холодными и взрослыми глазами, что она смутилась.

– А что? Я приду,- спокойно ответил Айтыр.

И мать пошла ставить тесто.

Геня тоскливо оглядывал комнату. Больше всего его смущало блестящее черное пианино – такого наверняка ни у кого не было. Книжный шкаф, ноты на этажерке – это было еще простительно. Но Бетховен, эта ужасная маска Бетховена! Наверняка кто-нибудь ехидно спросит: “А это твой дедушка? Или папа?”

Геня попросил бабушку снять маску. Бабушка удивилась:

– Чем она тебе вдруг помешала? Ее подарила мамина учительница. – И бабушка стала рассказывать давно известную историю о том, какая мама талантливая пианистка, и если бы не война, то она окончила бы консерваторию.

К четырем часам на раздвинутом столе стояла большая суповая миска с мелко нарезанным винегретом, жареный хлеб с селедкой и пирожки с рисом.

Геня сидел у подоконника, спиной к столу, и старался не думать о том, как сейчас в его дом ворвутся шумные, веселые и непримиримые враги. Казалось, что он совершенно поглощен своим любимым занятием: он складывал из газеты кораблик с парусом.

Он был великим мастером этого бумажного искусства. Тысячи дней своей жизни Геня проводил в постели. Осенние катары, зимние ангины и весенние простуды он терпеливо переносил, загибая уголки и расправляя сгибы бумажных листов, а под боком у него лежала голубовато-серая с тисненым жирафом на обложке книга. Она называлась “Веселый час”, написал ее мудрец, волшебник, лучший из людей – некий М. Гершензон. Он был великим учителем, зато Геня был великим учеником: он оказался невероятно

 

“Неразделенная любовь” сочинение

Это любовь, которою Богу было угодно за что-то меня вознаградить.
А. Куприн. Гранатовый браслет
Как часто нам в реальном мире, с его проблемами, привычками, бытовыми неурядицами, кажется, что из жизни исчезли и поэзия, и нетронутая красота, и сильные, возвышающие человека чувства. А ведь на самом деле все это никуда не делось, просто нужно дать себе труд не спешить, остановиться, посмотреть на мир другими глазами, не думая только о себе.

Подробнее...

Сочинение по рассказу Платонова

Военная тема является одной из самых популярных в литературе. Многие произведения повествуют о течении войны, о солдатах и героизме, а некоторые описывают послевоенное время. К последнему типу можно отнести работу Андрея Платонова “Возвращение”. Автор раскрывает особую сторону военных действий и показывает как менялся человек. В основу сюжета положено возвращение домой капитана Алексея Иванова. Но точнее можно сказать, возвращение происходит не столько домой, сколько “в себя”, к тому, каким ты был ранее.

Подробнее...

“Вечерний звон” Левитан сочинение

Исаак Ильич Левитан – знаменитый русский художник девятнадцатого века. Он прожил короткую жизнь. Но за недолгий творческий путь оставил значительный след в русской и мировой живописи, создав такие шедевры, как “На Волге”, “Тихая обитель”, “Март” и многие другие.

Одной из известнейших картин является “Вечерний звон”. По тематике и настроению она созвучна с полотном “Тихая обитель”. На них не изображено какое-то конкретное место.

Подробнее...

“Современный человек” сочинение

Задавшись вопросом “Что значит быть современным человеком?”, я решил провести небольшое исследование. Моей целью было выявить основные черты моих современников и, в итоге, изобразить портрет современного человека. Но, немного присмотревшись к окружающим меня людям, я понял, что максимальным моим достижением будет моментальный снимок куда-то вечно несущихся людей. Вооружившись всем необходимым, я вышел на улицы города. Итак, каков он, современный человек?

Подробнее...

Сочинение на тему Прозвища

У меня есть друзья и знакомые не только из моей, но и из соседней школы. Мы встречаемся после уроков, обсуждаем последние новости. Дружим мы почти с первого класса, поэтому за это время у нас успели появиться прозвища. Однако у нас есть одно важное правило: мы не придумываем человеку обидное прозвище, ведь мы не хотим, чтобы друг обиделся и ответил нам тем же.

А недавно я задумался: почему люди придумывают друг другу прозвища? Просто так? Для интереса? Ведь у каждого из нас есть свое имя, которое дали нам наши родители.

Подробнее...

“Каким я буду родителем” сочинение

“Каким я буду родителем, когда я вырасту?” – случается, такая мысль посещает меня время от времени. И это неудивительно: ведь остается всего каких-то несколько лет до принятия важных жизненных решений – выбора будущей профессии, спутника жизни и, конечно же, разрешения вопросов, связанных с воспитанием детей.

Готов поспорить, что вам ни раз, наверное, приходилось слышать от взрослых в детстве, что, мол, нынешние дети совершенно не такие, какими были когда-то их родители: они более избалованные, своевольные, непослушные. Словом, другие. Между тем, проблема “отцов и детей” существовала едва ли не с Сотворения Мира!

Подробнее...