На Дне рождения у бабушки было шумно и весело: кроме повзрослевших внуков пришли еще и четверо младших. Набегавшись, дети заинтересовались старыми книгами. Среди них оказались даже учебники восьмидесятых годов.

Забравшись с ногами в кресла, две девятилетние кузины занялись изучением серьезных наук. Маша сосредоточенно читала толстую “Физику” для техникумов, Даша же углубилась в учебник истории. Стало тихо, почти как в библиотеке. Взрослые вели себя смирно, а другие две сестрички, совсем еще маленькие, резвились в соседней комнате, откуда раздавались лишь приглушенные звуки.

Подарили мне баранину. Несколько кусков. Грудинка, две ноги. Баранина хорошая, свежая… Замариновал шашлык (не пользуйтесь маринадом: лук, соль, перец, соевый соус по желанию и щепотка зиры – вот и все, что нужно для шашлыка из баранины) затушил с овощами, приготовил харчо. Специально за алычой для харчо ездил. Получилось объядение. Пальчики оближешь. Пришлось коньяк грузинский покупать для достоверности. Стал убирать все это в холодильник – и начались проблемы… Не секрет, что у каждого в холодильнике есть что-то такое, что выкинуть жалко, а есть не хочется. Вот и у меня для чего-то стоит в холодильнике трехлитровая банка с грибами, покрытыми сверху “лечебной” плесенью. Взять бы их да выкинуть, как вот и эту трехлитровую банку с огурцами.

Я стою у автовокзала города Переславля-Залесского. Вдоль забора лежат пустые бутылки, пластиковые стаканчики, бумага, мусор. Думаю: поставить бы мусорный бак, перекидать все туда – работы на полчаса. Но кому это нужно? А тут еще новый персонаж наших реалий – худющий молодой человек в рваной одежде и в изрезанных ножницами штанах. Ходит такой тип по Сельхозтехнике и ее окрестностям в последнее время. То ли юродивый, то ли просто не в себе… А его куда? Тоже в мусорный бак? “А что. – скажут мне, – это же Россия! Такие уж мы!” А кто-то еще добавит презрительно: “Рашка…” – и выбросит из своего кабриолета на дорогу пустую пачку из-под сигарет…

И в самом деле, мы такие? И по-другому, без мусора, без грязи жить не умеем?!

“Какое прекрасное лицо! Такие женские лица я видел только на старинных гравюрах и вдруг здесь…” – подумал Головкин. Лицо действительно было прекрасно – высокий чистый лоб, на который якобы случайно спала белокурая прядка, яркие синие глаза, румянец, и не нарисованный, а природный, это Головкин определять умел. Восхитила его белая, как будто никогда не видевшая солнечного света кожа, очаровательная шляпка с небольшой вуалью, шея, прикрытая якобы небрежно повязанным шарфиком… Он успел рассмотреть даже пальцы, украшенные дорогими перстнями… Женщина улыбалась каким-то своим мыслям, взгляд ее, не задерживаясь, пробежал по Головкину и устремился вверх, строго очерченный профиль проплыл мимо и Головкин с трудом подавил в себе желание обернуться.

Первый жених у Машки был красавец. Слегка грек, немного русский, глаза-маслины, умница, эрудит, окончил актерский факультет лесотехнического института и работал ведущим тренингов повышения личностного роста, личностной эффективности и самооценки. Еще он занимался психологией имиджа и коммуникативным разогревом, создавал кому-то позитивную мотивацию, эмоционально сплачивал коллективы и поднимал корпоративный дух.

Алексей Чижов был очень правильным мужчиной. Уходя, он гасил везде свет, никогда и нигде не сорил, мусор всегда сортировал, а отработанные энергосберегающие лампы сдавал в специализированные организации для переработки и обезвреживания. Он, кстати, является единственным россиянином, который знает адреса этих специализированных организаций. Алексей не купался в водоемах, в которых купание запрещено и не ходил по газонам, никогда не заезжал в магазины на роликовых коньках и уж тем более не выходил в двери, на которых написано “Выхода нет”.

В таком огромном “Детском мире” Олечка Бунеева еще не бывала. Да и мама, которая ее сюда привела, тоже, поэтому отдел детских платьев они искали долго. Первым его издалека увидела Олечка и такой восторг заплясал в ее глазенках, что мама даже перестала жалеть будущие потраченные деньги. “Никакими деньгами не измерить детскую радость…” – так думала мама и не заметила, что восторг вдруг сменился слезами, а радостный смех – жалобным подвыванием. Объяснилось все просто – навстречу им шла Ирочка Канделябрис, подруга Олечки по детскому садику, тоже с мамой, а в руках… А в руках счастливая Ирочка Канделябрис держала вешалку с прекрасным розовым платьем, тем самым, ради которого Олечка с мамой сюда и приехали. И, что самое ужасное, это платье было последним, о чем Ирочка, конечно, Олечке сразу и сказала.

Хемингуэю повезло, он жил в молодости в Париже. Дружил с писателями и художниками, работал в газете, пил бурбон, гулял, любил свою молодую жену. Потом написал, что “Париж это праздник, который всегда с тобой. “

Мне повезло больше. Я жил в молодости в Мытищах. Дружил с Гундосым и с Кротом, пил пиво, чем-то торговал, любил Верку. Я ради Верки даже как-то витрину разбил, любовь свою показывал. А они потом написали, что “. находясь в состоянии алкогольного опьянения, разбил витрину продуктового магазина и похитил муляж колбасы „Краковской“. “

Хемингуэй в тюрьме не сидел. А мне дали пятнадцать суток и я две недели красил забор вокруг отделения. Дышал краской, от этого много думал. Верка ко мне не приходила, она, оказывается, уже с Гундосым жила, так что мне опять повезло. Это я потом понял, когда пиво пил на лавочке и Гундосого увидел с коляской, а рядом Верка с животом. И тоже с пивом.